Садринское озеро больше не в аренде, а в Акташе бушует экологическая катастрофа. Такие серьезные вопросы и другие поднимали на очередном заседании РОЭО «Сакральный Алтай», состоявшемся 15 марта.

Но у каждого заседания есть повестка и члены общественной экологической организации следовали ее пунктам. Так, первым делом приняли нового члена в свои ряды – Леонида Климова и Евгения Жандарикова из Бийки, а затем говорили о продвижении законопроекта «О внесении изменений в Закон Республики Алтай «Об ООПТ в РА». По словам руководителя «Сакрального Алтая» Зинаиды Тырысовой, организация внесла предложение ввести понятие ООПТ местного уровня, «чтобы народ сам контролировал, защищал свои природные ресурсы, учитывая этнические, экологические и другие особенности региона. Правительство РА согласилось быть разработчиком законопроекта, проведено заседание с заместителем министра минприроды Евгением Мунатовым и юристами министерства. Законопроект в рабочем состоянии.

Рослесхоз проблем не видит

Затем Зинаида Танышевна напомнила, что на последнем заседании организация решила откликнуться на призыв президента РФ Владимира Путина по наведению порядка в лесной сфере, в ответ направили свои предложения и факты нарушений у нас регионе, которые остаются нерешенными.

– В настоящее время в РА лесам наносится непоправимый ущерб. Эти нарушения вызваны недостатком лесного законодательства и безнаказанностью нарушителей. Так, данные лесоустройства распределения лесов по целевому назначению и категориям защитных лесов устарели или преднамеренно сфальсифицированы. Под рубку выделяются участки леса, в которых формально - пихта и ель, а фактически - кедр. Пример: в Лесохозяйственном регламенте Чойского и Турочакского районов кедровый лес в девяноста шести кварталах отнесен к категории эксплуатационный лес. Считаем, что это как бы заначка для некоторых высокостоящих официальных лиц республики, которые с 2001 года «косят» кедр под видом пихты. Рубки леса ведутся с многочисленными нарушениями Лесного кодекса РФ и Правил ухода за лесами. Повсеместно под видом рубок ухода и санитарно-оздоровительных вырубаются лучшие деревья, а больные и слабые, наоборот остаются. Уничтожаются растения, занесенные в Красную книгу РФ и РА, не соблюдаются нормативы по трелевке и вывоза древесины в горной местности, повреждаются истоки, русла маленьких рек, остаются неочищенные деляны, гниет загроможденная древесина. Направили экспертные заключения, фотофакты. Предложение: обязать ответственных лиц устранить нарушения и привлечь их к ответственности.

Кроме того, мы отметили, что нарушается конституционное право коренного алтайского народа РА на сохранение и развитие этнокультурной самобытности. Оскверняются почитаемые ими священные природные объекты - вырубается лес на святых горах, по берегам святых озер, повреждаются целебные родники...Этносоциальный стресс, вызванный подобным варварством, в целом дестабилизируя обстановку в обществе, повышает протестные настроения народа к власти. Здесь мы предложили разработать и принять федеральный закон об этнологической экспертизе, а также о природных этнокультурных объектах коренных народов РФ.

Еще мы отметили, что договора аренды лесных участков (все) на территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов заключены без их согласования, что является нарушением ФЗ от 30.04.1990г "О гарантиях прав КМН РФ"; ФЗ "О территориях традиционно природопользования КМН РФ". Пример: КМН (тубалары, челканцы, кумандинцы) неоднократно с жалобами обращаются к нам по факту рубки кедра (для них святое дерево), сдачи в аренду другим людям их территории. Наше предложение: пересмотреть договора аренды с целью согласования с КМН.

Также мы написали о созданном памятнике природы «Турочакский», создало его правительство РА, но общественность из-за неимения карты, привязанной к кадастровой карте границ ОППТ, не может контролировать рубки. Собственник все время утверждает, что рубит не на территории ОППТ. Необходимо обеспечить общественности доступность карты ОППТ "Турочакский" с привязкой границ к кадастровой карте.

Следует отметить, что на письмо, отправленное электронной почтой, отреагировали очень быстро. Оно было перенаправлено в Правительство РФ, и был получен ответ от Федерального агентства лесного хозяйства (Рослесхоз) Департамента лесного хозяйства по СФО от 28.02.2019г. за подписью и.о. начальника департамента лесных хозяйств СФО А.Р. Кургенян. Мы обращались по трем кварталам Бийкинского лесничества, где на самом деле кедровые насаждения преобладают, они были отданы на рубку, и по документам проходят как пихта. В ответе нам говорят – никаких нарушений, кедровая древесина в составе лесных насаждений не превышает трех единиц. Мы к этому еще вернемся, – говорила Зинаида Тырысова.

«Спрашивали? Отвечаем»

Далее она перешла к другим ответам на разные поставленные РОЭО «Сакральный Алтай» вопросы:

– Нам ответили насчет ООО «Тайга» – наверное, все помнят, что мы с самого начала своей деятельности боролись с этой организацией, где собственники Краснодар и Москва, и которая арендовала участки в Прителецкой тайге, в том числе на сакральных местах, для рубки леса. На контакт с нами они не шли. Так вот, оказалось, в 2018 году ООО «Тайга» добровольно расторгло договор и отказалось от аренды и заготовки древесины. В 2019 году уже не осуществлена ни одна лесозаготовка. Причина расторжения договора – вступление в действие закона, по которому лесозаготовка в орехово-промысловых зонах запрещена. Мы косвенно доказали, что это был охотник за кедром, им не нужна была пихта или санитарная рубка...

Пришел также ответ от Федерального агентства по делам национальностей. Представителям КМН будет полезно узнать, что федеральный закон допускает этнологическую экспертизу при любых промышленных видах деятельности на территории КМН. В случае недопущения этнологической экспертизы, игнорирования вы можете подать в суд за возмещением ущерба, нанесенного на территории КМН. Если на такой территории есть объекты сакрального значения, можно оформить ходатайство на основе федерального закона – такая-то святая гора, такой-то источник, просим эти территории снять с аренды, признать данные объекты и территории объектами историко-культурного наследия. Кроме того, по информации из ответа, было подано одно заявление о создании ТТП в МО «Турочакский район», но отказано, так как на территории лесного фонда Турочакского лесничества. Больше от КМН по ТТП никто не обращался.

Ответом от минприроды РФ у нас запрошены дополнительные данные по Чойскому району (гора Каская, где все выкошено), по сосновому бору села Кебезень Турочакского района. Необходимые документы и заключения экспертов были направлены и тогда мне сообщили, что по нашим фактам планируется комплексная проверка. По непроверенным данным, сюда собирается большая комиссия из полпредства. Таким образом, вопрос пока остается открытым – до результатов проверки.

То есть, вот такая реакция на письмо президенту. Задействованы несколько ведомств, от некоторых еще ответа не получили. Держим вопрос на контроле дальше.

Анастасия Тодожокова сообщила, что Чойское лесничество (Каракокшинское отделение. Уйменский участок) вывели два квартала (№№41 и 51) из категории эксплуатационных участков, они перейдут или в ТТП, или в орехово-промысловую зону: «Рубить они там отказались, там стопроцентно кедр».

Плюс одна победа

К вопросу рубок в Бийке вернулись более конкретно. Не так давно, напомним, с просьбой о помощи в «Сакральный Алтай» обратились бийкинцы - речь шла о подготовке лесозаготовителей к рубке в лесу, где растет с преобладанием кедр. Зинаида Тырысова рассказала, что сразу обратилась в прокуратуру, а также похвалила прокуратуру и минприроды РА за оперативное реагирование, напомнила о том, что было два схода села, люди организовались и провели свою экспертизу:

– Участки были выданы трем лесозаготовителям (кварталы № 190, 194, 196 Бийкинского лесничества), они по документам считаются эксплуатационными лесами и там якобы растет пихта. На самом деле там кедр.

Я дала консультацию главе Бийкинского сельского поселения Татьяне Жандариковой, бийкинцы все сфотографировали, я материалы отправила на сайт президенту РФ. И если Рослесхоз говорит, что никаких нарушений нет, то ответ от Природоохранной прокуратуры от 01.03.2019 говорит другое... «Горно-Алтайской межрайонной природоохранной прокуратурой проведена проверка. Проверкой установлено, что в феврале 2019 года на сходах жителей с. Бийка должностным лицам министерства природных ресурсов, экологии и имущественных отношений Республики Алтай (далее - Министерство) сообщено о необходимости провести проверку назначения рубки кедровых лесов, по результатам которой выявлено, что АУ РА «Байгол лес» допущены нарушения, выразившиеся в отводе лесосеки на лесном участке, на котором доля кедра составляет 3 и более единиц в породном составе древостоя лесных насаждений. В целях недопущения рубок на данных участках Министерством расторгнуты заключенные с покупателями договоры купли-продажи лесных насаждений. В соответствии с предоставленной информацией КУ РА «Турочакское лесничество» отвод и выписка договоров купли-продажи лесных насаждений в кварталах № 190 и № 194 Бийкинского участкового лесничества Турочакского лесничества производиться не будут. Таким образом, в настоящее время оснований для применения мер прокурорского реагирования не усматривается, в связи с самостоятельным принятием Министерством природных ресурсов, экологии и имущественных отношений Республики Алтай и КУ РА «Турочакское лесничество» мер для недопущения рубок лесных насаждений».

Процитировала Зинаида Танышевна и акт проверки правильности отвода и назначения в рубку лесных насаждений в квартале №196, выдел 14 Бийкинского участкового лесничества КУ РА «Турочакское лесничество»: «В квартале № 196, выдел 14 были отведены 2 лесосеки под малый бизнес, площадью 11, 3га и 8, 5га. Комиссия пришла к заключению, что данные лесосеки относятся к кедровым насаждениям, согласно правил заготовки древесины, рубка в спелых и перестойных насаждений запрещена». Министром издан приказ о пересчете и возврате денег за аукцион. Считаю, эту победу тоже можно записать нам в актив – мы доказали, что не на пустом месте мы кричим о кварталах-«заначках», а жители Бийки показали, что народ может контролировать и защищать природные ресурсы.

Озеро общего доступа

Члены «Сакрального Алтая» поддержали предложение своего руководителя о направлении очередного письма в Рослесхоз и министерство природных ресурсов РА – теперь на предмет перевода кварталов 190, 194, 196 в орехово-промысловую зону. Кроме того, руководитель турочакского филиала «Сакрального Алтая» Антонина Распаева сообщила – на ее запрос о Садринском озере из министерства природных ресурсов и имущественных отношений пришел ответ: в марте 2018 года договор аренды расторгнут, людей просто обманывали, собирая плату за рыбалку и купание. Сейчас, по словам Распаевой, озером вновь заведует лесничество.

Зинаида Танышевна считает, что необходимо узнать, сколько участков в Турочакском районе сдается в аренду: «Есть предположение, что в районе имеются фиктивные арендные участки, находящиеся в руках одного человека, который ждет богатого покупателя».

Следующий вопрос – о подготовке к летней экологической экспертизе.

– Мы в конце мая – начале июня решили самостоятельно провести экологическую экспертизу по указанным 93 кварталам – кедровым «заначкам» (по трем кварталам мы это уже доказали). Цель экспертизы – подтверждение несоответствия Лесохозяйственного регламента в Турочакском и Чойском районах, по которому кедровые леса отнесены к категории «эксплуатационной лес» и поэтому, согласно лесного законодательства, стали доступными для промышленной заготовки. Эта афера продолжается с 2001 года, со времени, когда провели лесоустройство и приняли Лесохозяйственный регламент. Также необходимо ходатайство в Рослесхоз о новом лесоустройстве и переводе подтвержденных лесных участков с кедровыми насаждениями в категорию «Орехово-промысловая зона». По моей заявке эксперты-экологи во главе с Алексеем грибковым составили спутниковую карту «Предложения по созданию орехово-промысловых зон». Также необходимо привлечь к ответственности лиц, которые с целью обогащения фальсифицировали государственный документ, позволяющий на протяжении 18 лет расхищать Лесной фонд РФ, - выступила Зинаида Тырысова.

Говоря о летней экспертизе, она отметила, что экспертное сопровождение будут осуществлять три человека: эксперты в области лесного законодательства и документов лесного планирования; биологи; специалисты по геоинформационным системам, дешифрованию и анализу космических снимков. Техническое обеспечение экспертной комиссии – спутниковые навигаторы; фототехника; квадрокоптер; архивы спутниковых снимков; ГИС; векторные данные лесохозяйственных границ и так далее.

Софинансирование – вопрос серьезный. Все же нужно обследовать 93 квартала. Это огромный массив: «На прошлой неделе я второй раз встречалась с представителем Всероссийского общества охраны природы и они сами предложили финансировать экспертизу. Также поедет Алтайская краевая общественная организация «Экологический актив» – на свои средства, и они предложили софинансирование. В районах у нас должны быть готовы проводники, для этого еще согласуем комиссии на местах. Проводникам нужно продумать маршрут, ночевки, питание и так далее. К тому же, с нами пожелали работать совместно представители минприроды РА и прокуратуры РА, ведь мы, получается, проводим практически новое лесоустройство в указанных кварталах». Было решено обратиться в указанные ведомства для создания совместных комиссий. Также персонально уточнили проводников по кварталам в двух районах.

SAM 6492

SAM 6492
«Вы не представляете, что там творится»

Зинаида Тырысова представила собравшимся обратившегося за помощью Николая Бутолина, директора Акташского горно-металлургического предприятия (АГМП), напомнив, что недавно в «Листке» был опубликован его материал по экологической ситуации вокруг АГМП. Кроме того, несколько лет назад мы подробно освещали проблему вывоза 110 тонн ртутьсодержащих отходов, но как оказалось, 110 тонн - это лишь малая часть айсберга... Бутолину предоставили слово:
– Я кратко расскажу – 12 лет назад завод закрыло именно наше правительство, кстати, закрыли его необоснованно. У нас теперь территория туристско-рекреационного типа и завод этому не соответствует. Мы сказали – хорошо, завод закрывается, а привезенные отходы куда? Никто тогда не ответил. И вот 12 лет мы бьемся с правительством... Сколько мы предложений вносили, но все как об стенку горох. Все какие-то отговорки – то денег нет, то еще что-то... В прошлом году мы нашли инвестора, который не просит денег у государства, берется установить печь и все переработать. Но что скрывать – ему нужна ртуть. Он говорит – я вам все вычищу, пережгу, но ртуть – моя. Ну, казалось бы, кто против? Обратились в министерство – тогда еще Алисов был министром природных ресурсов – все за, все похлопали... И в это же время буквально они в интернете объявили аукцион на ликвидацию ранее накопленного экологического ущерба. В течение года никто туда не лез, а потом находится фирма из Санкт-Петербурга – «Размах», с не очень хорошей репутацией... Документы у нас есть, мы их вам предоставим (обратился к Зинаиде Тырысовой, – прим.ред.). «Размах» берется за это дело, но берется чисто по-правительственному. Они придумали взять 25 гектар из почти 250, сымитировать очистные работы, получить на это федеральные деньги (в 2021 году, это они будут еще или нет – неизвестно). Потом отрапортуют в Москву – мы почистили, дело сделано. Мы привезли фотографии, посмотрите, что там творится. Белые пятна на земле – это ртуть. Отходы, привезенные из других мест, в бочках лежат, бочки разваливаются... Сколько бы ни было у нас комиссий, все брали анализы только на ртуть, но никто не взял анализ из этих бочек, что именно в них находится. Все это растаскивается колесами машин, размывается, стекает в реку, потом попадает в Чую и идет через всю республику. Что предлагает «Размах»? Собрать все это на 25 га в кучу и опять сделать огромное захоронение, ничего не перерабатывая. Более того, нам ранее давали землю в аренду – Пальталлер дал указание ее забрать, чтоб мы не могли завод поставить. Вот на фотографиях видно, ртуть выступает из-под земли, некоторые частицы ну очень большие. В районе действительно экологическое бедствие, вы не представляете, что там творится.

- Если это станет известно в России, с эколого-экономической зоной будет покончено, – сказал общественник Григорий Нудьга. Но Николай Бутолин уверен, что туристов таким не очень-то испугаешь: «Туристы едут через нашу промзону. Туда маршрут проложен, в сезон в день бывает до 100 – 200 человек. Это по ртути, по всем этим захоронениям люди едут туда». Его поддерживает приехавший с ним Николай Сафронов, охраняющий АГМП: «Не понимают люди. Лезут дети, мы их разгоняем там, взрослые лезут, в мешки ртуть нагребают... Они не понимают, что это страшное дело, химикаты».

По словам Сафронова, нужно по новой устанавливать в этом месте завод: «Потому что бывшие собственники, когда завод закрыли, они ждали-ждали, а потом его демонтировали и вывезли – что на металлолом, что куда. Собственники были из Бийска, я был наемным директором... Мы с Николаем Михайловичем восстановили завод, приехал на запуск Пальталлер, все хлопали в ладоши, год поработали – и республику объявили туристической, и все. Сейчас по нашей территории проходит маршрут у туристов...»

SAM 6477

SAM 6477
Захоранивать или сжигать?

По словам Николая Бутолина и Николая Сафронова, территория заражения (зараженная почва) вокруг АГМП гигантская — 239 гектар. Компания «Размах» же берется захоронить опасные отходы на территории 25 гектар – на это планируется выделить 450 миллионов. Свое мнение о возможности захоронения отходов Зинаида Тырысова попросила узких специалистов – кандидата химических наук Анастасию Тодожокову и кандидата физико-математических наук Валерия Кудачина. Руководитель «Сакрального Алтая» сразу подчеркнула, что речь о сейсмически активном районе.

- Мы во времена Катунской ГЭС вокруг Акташа и этого завода брали очень много проб на ртуть. Брали воду из речки. Было 38 ПДК (предельно допустимая концентрация). Сточные воды завода не перерабатывались, а попадали прямо в реку. При впадении реки в Акташку было где-то 17 ПДК. Сильно была заражена территория завода, и чем дальше от завода — тем меньше заражение. Там тогда уже бочки текли, ржавели, все это расползалось, выносилось. Это экологическая катастрофа. Метод снятия слоя почвы и его захоронения не учитывает сейсмическую активность. Захоранивать отходы нельзя однозначно. Хоть бетонный саркофаг, хоть какой – его разорвет и это будет бомба для следующих поколений. Нужно перерабатывать. Ну и просто почву обжигать нельзя, тут надо гидрометаллургический метод применять, иначе из трубы пойдет вся менделеевская таблица. Отходы — можно, но с ними тоже надо дополнительно работать, например, огарок сплавлять с серой, – рассказала Анастасия Семеновна. Николай Бутолин и Николай Сафронов также заметили, что на 292 га в свободном складировании находятся 430 тонн ртути.

- Перво-наперво вам нужно организовать вакуумный сбор металлической ртути, - посоветовала Тодожокова.

- И так ходим и сметаем... В те же бочки и сливаем, но это где мы охраняем. А где не охраняем — там уже украли, ФСБ занимается. В пределах 200 кг ртутьсодержащих отходов, в них до 40 процентов ртути – это похитили, - сказал Николай Сафронов.

- А привезенные бочки, которые из Славгорода, с Урала и других городов – они с чем? У вас есть состав? - спросила кандидат химических наук.

- Активированный уголь, земля, смыв, прачечные отходы – смесь разная. С НЗХК (Новосибирский завод химических концентратов, согласно данным «Википедии», одно из российских предприятий ядерного топливного цикла, - прим. ред.) тоже, с Усолья-Сибирского везли активированный уголь, он при изготовлении каустической соды участвует в очистке, там и ртуть содержится... их надо пережигать, хотя бы собрать, а у нас только в пяти захоронениях 900 тонн, – заявил Николай Сафронов. По его словам, даже при посыпании выступающей из земли ртути реагентами через сезон ртуть начинает сочиться все равно: «Зима прошла и весной на этом месте во-о-от такая лужа. Грунтовыми водами все выдавливает».

Валерий Кудачин считает, что проблема касается всех жителей РА: «От истории своей не отказываемся – был Советский Союз, ртуть была нужна стране, мы стране помогли. Где ртуть применяется, мы тоже очень хорошо знаем, одним из основных потребителей ртути является НЗХК, мощнейшее предприятие, которое производит топливные элементы для атомных электростанций. НЗХК будет работать и им будет нужна ртуть. Я когда работал в технопарке новосибирского Академгородка, обращался в НЗХК, у них есть научно-исследовательская часть, они знают эти проблемы и в Новосибирске у них точно такая же проблема и они точно так же это обсуждают и ищут пути решения... Я абсолютно согласен с Николаем Михайловичем, что это не дело каких-то частных компаний, когда без изысканий каких-то, без ученых пытаются придумать технологию избавления нас от этой беды. … если сверху забетонировать, то что делать с грунтовыми водами? На 25 га вырыть котлован – тоже непонятно, нелогично... малейшее движение земной коры — и любой саркофаг начнет двигаться, и еще больше проблем создаст... Вообще, любой проект должен проходить через общественные слушания, в данном случае — через население Акташа. Люди там должны понимать, что они хотят, и принимать участие. Очевидно, что все накопленное должно быть вывезено. Что же до позиции Николая Михайловича – что находятся люди, готовые применить технологии, вывезти ртуть, тут богатая часть земли может оказаться рентабельной, а небогатая – нерентабельной, и вот эти 450 миллионов должны быть направлены не на захоронение, а на переработку или вывоз. Тогда мы будущим поколениям оставим снова наш чистый Алтай. Что же касается технологии – это все же специфические знания, это тяжелые металлы... что туда завезли в советское время? Там ведь помимо ртути... мы, может, даже ужаснемся и нам эта ртуть покажется не такой уж опасной. Ведь ртуть применяется при производстве других элементов, и что там, в этих бочках?». Открытая работа с привлечением ученых и общественности – только так можно решить проблему, считает говоривший.

Член «Сакрального Алтая» Владимир Шишкин тоже уверен, что заниматься этим должны специалисты, а потом проходить процедуру ОВОС (оценка воздействия на окружающую среду) и там уже предложенные схемы и технологии выносить на общественные слушания и принимать то или другое решение: «Все прописано в процедуре экологической экспертизы. И это единственный законный путь, по-другому не получится».

Григорий Нудьга, рассказав о своем опыте работы с ртутными лампами, высказал позицию – в АГМП нужно все накопленное перерабатывать на месте. Другого выхода нет, считает он. «У нас два депутата Госдумы и два сенатора. Им там не скучно? Давайте заставим их поднять этот вопрос», - предложил общественник.

Владимир Петров рассказал, что после того как к нему обратился Николай Бутолин, рассказал о проблеме и о том, что власть на нее не реагирует, он позвонил первому заместителю Главы РА Роберту Пальталлеру: «Спросил — читал статью? Говорит — я знаю проблему. Спрашиваю — как ты смотришь на переработку? Он говорит – нет, категорически! Завода там не будет, он там не нужен, нам выделили 452 миллиона рублей на утилизацию. Но утилизация — это еще хуже вред. И я думаю, как у нас это часто бывает, если 50 миллионов израсходуют на что-то, то хорошо, а остальное все уйдет в карманы тех, кто будет этим заниматься, такая практика у нас... Нужна экологическая экспертиза: если переработка, то каким образом? Без экспертизы сложно, и даже запустить ваше предприятие без экспертизы – как?».

Участники обсуждения предположили, что экспертизы уже есть. Николай Сафронов уверил – за 12 лет, пока завод стоит, экспертиз было 15-16, разного уровня, в том числе из Новосибирска, Барнаула; природоохранная прокуратура была два года назад: «Это были экспертизы о заражении. Те, кто их делали, нам говорили – вы что здесь делаете, ребята? Бегите отсюда, тут ПДК воздуха за 100 процентов зашкаливает».

***

Зинаида Танышевна поинтересовалась у желающих запустить завод Николая Бутолина и Николая Сафронова, как дела с кадровым обеспечением предприятия. Те заверили, что еще остались специалисты. Техническое же обеспечение возлагается на инвестора и вес уже готово. Тогда Зинаида Тырысова отметила, что АГМП необходимо пройти экологическую экспертизу на выемку и переработку РСО. Она поддержала инициативу с реанимацией и перепрофилированием АГМП на выемку и переработку отходов: «Это и социальная сторона – работа для наших людей, кроме того, люди, пустившие здесь корни, заинтересованы в том, чтобы и внуки их здесь жили и халтурой не будут заниматься. Также мы можем написать протест от нашей организации по ООО «Размах ГП», так как их методика утилизации (подземный саркофаг с зараженной почвой) не подходит хотя бы по причине сейсмической активность территории. Напомню, мы такой протест писали, когда к турбазе Банных на Самыше хотели строить дорогу. И аукцион отменили. То же и по Каракульскому месторождению. Кроме того, нужно обратиться в правительство РА с требованием ввести мораторий на туристические экскурсии на территории и близлежащих к «Акташскому ГМП» землях, которые заражены РСО 1-3 класса опасности. («Там смотровая площадка, 3000 метров над уровнем моря, все туда поднимаются. Там Белуху видно и чуть ли не всю республику... Стоят информационные щиты, нарисован череп с костями, а туристы рядом встают и фотографируются», – прокомментировал Николай Сафронов).

«Сакральный Алтай», выслушав обратившихся и приглашенных, решил взять на контроль эту ситуацию, тут же создали инициативную группу, куда для детального изучения состояния и масштабов экологического бедствия будут привлечены эксперты.

Инна Жулаева

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.94 (8 голосов)